Простой народ очень любил Ленина и, завидев, всегда хватал и ставил на броневик. И Ильич им оттуда рассказывал, как им тяжело живется.
Простой народ очень смеялся и уходил делать революцию.
Идут Владимир Ильич с Феликсом Эдмундовичем по Красной площади. Ленин:
- Фе-икс Эдмундович! Вот вы истиный гы-царь гево-юции.., а можете именем гево-юции стгельнуть ...вон того габочего в кепочке?
Ф.Э., не задумываясь, тянется к кобуре и расстегивает ее. Ленин:
- Хоошо! А ...вон ту дамочку в шляпочке?
Ф.Э. достает маузер и прицеливается. Ленин, придерживая его за руку:
- Оч-чень хо-ошо! А вон того инт-еегентика в пенсне?
Ф.Э. прицеливается и стреляеет два раза.
Ленин:
- Фе-икс Эдмундович!Ф е-икс Эдмундович! Смот-гите, смот-гите, упал...пговокатор!
Приходит Дзержинский к Ленину, стучит в дверь.
- Kто там?
- Это я Дзержинский.
- Таких не знаем! Уходите, вы ошиблись..
Снова стучит...
- Kто?
- Владимир Ильич, да это же я, Дзержинский...
- С такими не знакомы! Убирайтесь отсюда, хулиган.....
Снова стучит.
- Kто там?
- Х#й в кожанке!!!
Ленин, открывая:
- А, Феликс Эдмундыч, заходите, родненький! В нашем деле главное конспигация и еще газ гонспигация!!!!!
Сидят в туалете в смежных кабинках Ленин и Дзержинский. Вдруг Ильич спрашивает через стенку:
- Феикс Эдмудович, а вы "Пгавду" выписываете?
- Нет, а что?
- ЗЪя, батенька, зЪя... ИзЪядно мягкая бумажка..
Село Шушенское. Зимняя ночь. Только в одном доме горит свет. Кругом-тишина. В комнате только слышен
скрип пера о бумагу. Это Владимир Ильич Ленин пишет свои нетленные прозаические произведения. Кругом - тишина. Вдруг тихонько подошла Надежда Константиновна Крупская и виновато шепнула ему на ухо:
- Владимир Ильич, может...чайку?
- Ху...ку!
И опять - тишина...
Звонок в турагентство:
- Хочу путешествие по Ленинским местам.
- Можем предложить автобусную поездку в Шушенское.
- Э нет, меня интересуют Париж, Мюнхен...
Учительница в школе привела старичка, который видел Ленина. Дети:
- Расскажите, как вы встретили Владимира Илыича?
- Ну что, помню, стою я с полковником рядом со Смольным. Вдруг вижу - выходит Сам, Ленин! Ну, я говорю полковнику, брать его надо, а полковник мне говорит: ничего, есаул, завтра возьмем. А завтра было уже поздно.